Потопы и наводнения в Харькове

В начале марта в редакцию газеты «Трибуны трудящихся» пресс-служба Харьковской облгосадминистации прислала директиву с предупреждением о возможности возникновения, чрезвычайных ситуаций или осложнений в жизнедеятельности населения города и региона: паводков, ледовых заторов на речках и подтоплений отдельных населенных пунктов, связанных с резким повышением уровня воды в реках и водоемах. Возможны даже наводнения!

Но исключительно теплые дни начала марта, оказывается — частое явление и в прежние времена. Об этом красноречиво говорят публикации в популярной харьковской газете начала прошлого века, рассказывающие о нескольких крупнейших «харьковских потопах».

Скажем, в погодной заметке от 3 марта 1913 года газеты «Юный край» читаем:

«Сегодня в Харькове исключительно теплый день; за последние 22 года наиболее высокая температура 2 марта была 6,9 градусов в 1893 году, а сегодня была 8,9 градусов; освещенный солнцем закопченный термометр показывал 31,4 градуса, а поверхность земли нагрелась до +14 градусов».

Впрочем, в то время подобное потепление вызвало не только обильное таяние снега, но и ускоряло ледоход на харьковских реках, что, в свою очередь, приводило к сильным паводкам. Чаще всего затоплению подвергались низменные районы на Подоле и в Залопанской части города. Если говорить об улицах, то эта беда настигала Кузнечную улицу возле электростанции, Рыбную улицу со стороны Рыбной площади и нижнюю часть Университетской улицы у Нетеченского моста. Часто оказывалась затопленной Благовещенская площадь. Особенно сильное наводнение случилось в 1901 году, когда было закончено строительство нового здания Благовещенского собора.

А вот как описывала газета «Южный край» сильный паводок, случившийся в Харькове 12 февраля 1915 года:

«Несмотря на установившуюся теплую погоду и прошедшие в Харькове и его окрестностях дожди, уровень в реках за вчерашний день повысился сравнительно немного, и, во всяком случае к вечеру оказался не выше уровня, бывшаго во время первого наводнения в Харькове 15 января.

Залитыми оказались те же самыя низменныя места и части улиц, прилегающия к берегам рек в районе Павловки, Ивановки, Журавлевки, дачи Рашке, Песок, Большой Панасовки, Москалевки и др. Несколько домов в этих районах были окружены подступившей водой.

Особенно широко разлилась река Лопань между Павловкой и Ивановкой и Немышлей, в районе дачи Рашке. Заторы льда, образовавшиеся возле Ивановскаго и Кузнечнаго мостов уничтожены естественным путем – напором полой воды. По-прежнему, обращает на себя внимание отсутствие в достаточном количестве спасательных принадлежностей. Переправа через реки у мостов производится преимущественно на лодках, принадлежащих частным лицам. На «городских» лодках опасаются переезжать: некоторыя настолько ветхи, что дают течь, и после каждой поездки приходится ведеркой отливать воду из лодки. Частные лодочники на переправе зарабатывают хорошо. Было много катающихся на лодках по лагунам разлившихся рек, в особенности в районе Павловки и Ивановки, где разлив реки особенно значителен и местами имеет довольно эффектный вид…»

…Как же получалось, что едва ли не пересыхающие летом харьковские реки так переполняли свои русла в весеннее время? Оказывается, в то время, зимой было всегда больше снега, чем сейчас — сто лет спуся. Таяние снега, который убирался с улиц плохо, быстро наполняло харьковские реки с наступлением весеннего тепла. Но именно аномальные мартовские потепления приводили к ускоренному таянию снега и увеличивающееся количество воды разрывало ледяной покров рек и несло лед вниз по руслу.

Зловещее и ужасающее зрелище ледохода часто принимало в городе катастрофические обороты. Так как многочисленные мосты в самом центре города препятствовали движению льда, огромные глыбы скапливались у деревянных опор мостов и запруживали реку, вода переполняла русло и разливалась по округе. Достигнув критической массы — вода с обломками льда ломала опоры и сносила деревянные мосты.

Иногда во время ледохода случались и происшествия. Одно такое ЧП описал «Южный край» в заметке от 26 февраля 1913 года:

«Возле Кузнечного моста, один мальчик лет 8-ми, как-то попал на льдину и был вынесен на середину реки. За опасным путешествием мальчика следила собравшаяся на берегу толпа. Один момент был прямо драматический. Маленькая льдина, на которой стоял мальчик, стремительно приблизилась к большой льдине, и оригинальному пассажиру грозила гибель. Но он обнаружил большое присутствие духа и в самый момент столкновения, когда его утлое суденышко готово было разлететься в куски, перескочил на большую льдину и там удержался. Мальчика багром притянули к берегу…»

Для того, чтобы хоть как-то воспрепятствовать порче мостов, на харьковских реках в дореволюционные времена устанавливались деревянные ледоломы. Их конструкция была устроена так, что льдину течением вталкивало на пологий склон ледолома, и когда она оказывалась над водой — ломалась от собственного веса. Более мелкие куски льда проплывали между мостовых опор, не повреждая их и не запруживая реку.

Полностью проблема весенних паводков в Харькове решена была уже в советское время, когда город стал столицей Украины и получил соответствующее финансирование. В конце1920-х — начале 1930-х годов на всех четырех харьковских реках — Лопань, Харьков, Уды, Немышля — была построена система плотин, дававших возможность регулировать уровень воды в центре города. Русла рек были выпрямлены, вычищены, углублены и обложены гранитными плитами. После этого о харьковских потопах и наводнениях практически забыли.

Василий Чигрин

Для иллюстрации использовано цветное фото 2020 года

Перевести »